Тома Модебадзе писал(а): ↑29 авг 2021, 08:51
Откуда Дора Франкфурт (или не Франкфурт) - не знаем, да?
Дора Франкфурт (чье имя и адрес родителей в Варшаве Twarda 13 мы узнаем из прошения сына о воссоединении семьи в 1921 году) нашлась в ряде документов - в полицейских документах по приезжим в Антверпене в 1911 и 1914 гг, в списках прибывших и задержанных для депортации на Эллис-Айленд за 29 сентября 1911 года, и в списках отплывающих из Гамбурга в 1925 году.
В 1911 году с 18-летней Дорой Франкфурт - 10-месячный сын, которого она зовет Мечислав (а не Меер и не Митя, как в позднейших документах). Она называет себя вдовой букского мещанина Шевеля Жадана, а затем разведенным с ним, но её адрес - знакомый Варшавский адрес Twarda 13, где жили её родители - Юдель Франкфурт, уроженец Лиды, и Мария Лейзеровска.
Родители Доры Франкфурт и их бизнес - "Кефир Франкфурт" - хорошо известны по этому адресу с 1896 года до самой войны (Юдель умер, видимо, еще во время Первой Мировой, а Мария - в 1929 году, но бизнес сохранял семейное имя и, видимо, оставался в семейных руках). У Доры был младший брат Maksymilian (Marek) Frankfurt, знаменитый фотограф польского кино, переживший Холокост (1896-1967) и замужняя сестра в Израиле Zofia Berlinerblaua 1909-2008.
https://www.familysearch.org/tree/pedig ... r/GHRW-FVN
Возвращается из Америки в Антверпен Дора в январе 1914 года без сына, на долговременное жительства. указывает адрес в Бруклине и профессию - актриса.
В последующих записях судоходных компаний Дора Франкфурт проходит как незамужняя, по профессии машинистка, но путешествует неизменно первым классом на новых лайнерах.
Но вернемся к "Кефиру Франкфурт". Удивительно, но история этого "первого пробиотика" - чудо-напитка с гор Кавказа, добившегося медицинской славы в 1880-е годы - открыла для меня, наконец, контакт с аргентинскими потомками танго-композитора Савелия Жадана из Умани. Кавказские горцы, видимо, приторговывали лечебным кислым молоком "гыпы" (по карачаевски, а на грузинских наречиях "кипири") и на Кавказских Минводах, и в Грузии довольно давно, но только в 1867 году в "Протоколах Кавказского медицинского общества" появились две заметки о "кефире" или "кафире". В течении следующих 15 лет кефир постепенно приобрел большую популярность, но делали его только в небольших количествах из привозных кефирных зерен. Первым поставила кефироделание на широкую ногу, видимо, витебчанка Клавдия Сигалина, которая якобы какое-то время жила в Тифлисе и поэтому предпочитала зваться "К. Сигалина с Кавказа" и утверждала, что начала делать кефир "первой в Европе еще в 1863 году". Веры этим заявлениям может и не быть никакой, но к концу 1880-х Сигалина уже делала кефир и в Минске, и в Варшаве, у Саксонского Сада. И к 1896 году у Сигалиной там появилось несколько конкурентов, в том числе "Франкфурт". А дальше ... я проверил, что еще известно про фирму "Франкфурт", и скоро выяснил, что ими интересовалась и дочка "Мити" Жадана, оставившая свой емейл.
Вот что выясняется из нашей переписки:
В 15 лет Дору Франкфурт стала учиться пению в Варшавской консерватории (тогда называвшейся музыкальным институтом) ... и там повстречалась с будущим композитором Савелием Жаданом (скорее всего, родители подростка к тому времени разбогатели ... вряд ли просто мастер по ремонты зонтиков и калош отправил бы сына учиться из Умани в Варшаву!). Но результате через 9 месяцев родился Меер / Мечислав / Митя Жадан - семья считала, что он родился в Умани 4 сентября 1910 года (но, как мы знаем из метрик, ни тогда, ни ранее или позднее никакого такого рождения в Умани не отмечено). По рассказам семьи, "как только проблема была решена", Дора вернулась в Варшаву одна, и тогда семья отправила её в путешествие подальше от дома (но, как мы знаем из иммиграционных документов и из петиции её сына, в Америку она уехала не одна, а вместе с мальчиком). Еще до приезда сына в Аргентину Дора познакомилась с адвокатом Juan Carlos Delheye, на пять лет её старше, и вышла за него замуж (действительно, в 1925 году они вместе едут первым классом из Гамбурга в Буэнос-Айрес, но только формально оба не в браке, и в 1930-м Дора опять-таки незамужняя).
По семейной памяти, именно будущий приемный отец Мити Жадана - Хуан-Карлос Дельэйе организовал воссоединение Доры с сыном. Память эта может быть окрашена эмоциями холодных отношений Мити Жадана с мамой (а дедушка Хуан-Карлос, наоборот, души не чаял во внучках). Дора была богата и нигде не работала. В провинции Буэнос-Айрес ей принадлежал красивый участок земли в Аккассуссо, где она построила дом, получивший первую архитектурную премию в провинции. Также у неё была земля в провинции Кордова (в Вилья-дель-Лаго), где она также построила очень красивое каменное шале. Внучки любили гостить в обоих особняках.
Хотя нет сомнения, что Митя Жадан уехал из Умани в Аргентину в 11-летнем возрасте, не раньше конца 1921 года (да и невозможно было уехать раньше через фронты войн), но у семьи осталось впечатление, что ему было тогда всего 7 лет и что это было в 1917 году, когда "ситуация в России стала очень сложной". В Аргентину он попал не сразу ... сначала к бабушке в Варшаву. Умань и отца с мачехой Митя вспоминал как счастливое время детства, а вот в Варшаве у него совершенно не сложились отношения и даже жил он там не в комнате, а под лестницей. Довольно много времени ушло на оформление проезда в Аргентину, но вот, наконец, мальчика отправили через Амстердам, в сшитом на заказ матросском костюмчике. Команда корабля нежно заботилась о мальчике, а в Буэнос-Айресском порту его встречали мама с Хуаном Карлосом. Вместо объятий мама влепила мальчишке оплеуху - так он был расхристан и неопрятен. В Аргентине его отправили учиться в лучшую школу страны - Colegio Internacional de Olivos, где парня взял под крыло сам директор Франсиско Челиа. Дальше была стажировка у Борхеса и журналистско-поэтическая жизнь...
